Насколько неожиданным стало для вас это известие?

Абсолютно неожиданным, хотя надо признать, что мы все чувствовали, что в воздухе "пахнет грозой", и явно что-то будет. Поэтому из нашего техникума многие ребята стали уходить в военные училища, у нас даже шутка такая была: "Учись-учись, студентом будешь, а не выучишься, в офицеры пойдешь". Если хорошо учишься, то за тебя в техникуме держатся, а если понахватал двоек - прямая дорога в военное училище.

В это время я дружил с одной девушкой - Масловой Инной, с которой познакомился еще во время учебы в техникуме. И как раз на это воскресенье у нас было назначено свидание, поэтому, когда нам на 9 часов утра назначили общий сбор, то мне пришлось его отменить. А уже на этом митинге нам объявили, что началась война!

Ленинград сразу перевели на военное положение. Помню, как все ходили строем, с песнями. По-моему, отменили все увольнительные и конечно, каникулы, но мы продолжали летать. Как раз в это время у нас начались самостоятельные полеты.

Но к осени, когда положение под Ленинградом стало критическим, наше училище решили эвакуировать. И при выезде из Ленинграда на нас как зашли "мессера"… Все начали разбегаться от эшелона, а немцы бросили пару бомбочек, начали стрелять из пулеметов, и совсем рядом со мной прошла трасса. Я видел, что несколько женщин из гражданских были ранены, другие плакали и кричали, ну думаю, паразиты…

Нас привезли в Вологду, где мы всего за пару месяцев окончили обучение. Но когда уже все ребята стали разъезжаться по разным училищам, произошел один неприятный случай, который мог иметь для меня весьма неприятные последствия. В принципе я учился нормально, а летал так вообще хорошо, но вот с дисциплиной у меня было не все ладно. Я и сам признаю, что был немного разболтанный, ленивый, хотя надо сказать, что сильно ученых и правильных тоже мало кто любит. И вот когда в ноябре меня уже предупредили, что скоро за мной приедут "покупатели" из истребительного училища, случился такой эпизод.

Как раз в это время мы приучились пить пиво. И в один день я его выпил, поверьте, совсем немного. Сколько мне нужно, чтобы немного захмелеть, тем более, если учесть, что мы до этого почти не пили? А мы жили в отличных деревянных коттеджах прямо при аэродроме. И когда после пива захотелось в туалет, то мне было лень спускаться, и я помочился прямо с балкона… На мое горе мимо проходил комиссар училища и увидев такое дело, он сразу кинулся ко мне. Крик, скандал, даже толкнул меня. В общем, меня арестовали и посадили в кондей. А когда ребята мне принесли опохмелиться, то рассказали, что меня хотят отправить в штрафную роту…

Но от этой крайне неприглядной участи меня спасло только вмешательство Елены Тимофеевой - руководителя нашей летной группы. Она являлась одной из трех женщин-инструкторов в нашем училище ГВФ, и надо сказать, что была очень хорошим и требовательным инструктором. Чуть что мы делали не так, сразу получали от нее строгий втык. До сих пор помню, что из нашей летной группы в первый самостоятельный полет она должна была выпустить именно меня, но по какой-то причине выпустила моего друга, который был в нее влюблен.

Уже ребята рассказывали, что она за меня комиссара училища и просила, и умоляла, и плакала, и что только не делала, но, в конце концов, упросила его не наказывать меня столь строго. И вот только благодаря ее усилиям через два дня я поехал в училище в общей группе.



Забегая вперед, хочу рассказать такой эпизод. Уже в Прибалтике мы довольно часто ходили сопровождать "пешки". Я как раз вернулся в свой полк после ранения и однажды на аэродроме разговорился с девушкой-старшим лейтенантом, из этого бомбардировочного авиаполка. И вот в разговоре с ней я вдруг случайно узнал, что мой спаситель Елена Тимофеева погибла… (По данным ОБД-Мемориал командир звена 127-го ГБАП гвардии лейтенант Тимофеева Елена Павловна 1914 г.р. не вернулась с боевого задания 28.08.1943 - прим. Н.Ч.) Я был ужасно опечален этим известием.

Я и несколько моих товарищей по ГВФ попали в Вязниковскую Школу Пилотов, что находилась в Ивановской области. Ярко помню, как проезжая через Москву пришлось заночевать в метро.

Приезжаем, нам выдали очень старое обмундирование, обмотки, и дней на десять отправили куда-то в подмосковные леса рубить лес и делать из него непроходимые завалы. Но вскоре началось контрнаступление, и нас вернули в училище.

Вначале осваивали УТИ-4 и только после этого перешли на знаменитый И-16. Это я вам скажу очень тяжелый самолет, даже не представляю, как на нем Чкалову и другим летчикам удавалось так мастерски летать. К тому же фонаря нет, вечно обмораживаешь щеки. Правда, выдавали очень хорошие рукавицы, но в них неудобно что-либо делать. Говорили, что есть даже электрические комбинезоны, но мы их и в глаза не видели. В общем, я успел сделать на И-16 всего три-четыре самостоятельных вылета, и, слава богу, потому что вечно у меня происходили какие-то приключения. То заблудился немного и аэродром потерял, то при посадке одна лапа не выпускается, и только после того, как подрыгал самолетом лапа выпала. В общем, не знаю, что это был за самолет такой и как на нем можно хорошо летать. Лично мне И-16 совершенно не понравился, и я не знаю, кому он мог понравиться. Помню, инструктор у меня был старший лейтенант, красавец, все мне говорил: "Ты пока говно на лопате, но я из тебя сделаю летчика". Переговорной трубки не было, поэтому чуть не расслышишь, инструктор тебя по голове…

Учеба была напряженная: занятия, полеты, караулы, нас очень сильно изматывали. И так вроде все хорошо, но вот питание… На кухне никак не могли навести порядок, поэтому сами себя обкрадывали. Как попадешь на кухню в караул, все сразу нажираются. И когда бывало, идешь на ужин, на двоих-троих - всего кружка пюре, допустим. Надо признать, что было сильно голодно, потому что бардак царил полный. Дошло до того, что нам на руки стали выдавать сахар, потому что командование понимало, что на кухне все разворуют, но мы его в ближайших деревнях меняли на махорку. А из ГВФ нас было три друга: Виктор Бочаров, у него отец служил военкомом в Тамбове, ленинградец Игорь Пречистенский и я. И что произошло.

Однажды, когда мы попали в караул, Бочаров пошел за нашим обедом, и в хлеборезке украл две буханки хлеба, но какой-то капитан поймал его. Через три дня суд - шесть лет, с заменой на штрафную, и там ему в бою оторвало руку… А Игорь погиб в боях на Курской дуге… (По данным ОБД-Мемориал летчик 40-го ГИАП 8-й ГИАД младший лейтенант Пречистенский Игорь Константинович 1921 г.р. не вернулся с боевого задания 05.07.1943 года - прим. Н.Ч.) Это был подтянутый, красивый парень из интеллигентной семьи, который пришел к нам в училище после окончания спецшколы. Помню, у него был подарок - маленькие золотые часики, и мы его все уговаривали: "Все равно ведь потеряешь, давай лучше обменяем их на табак".

В вязниковском училище мы проучились целый год, и нас выпустили только в декабре 42-го, присвоив звание сержантов. Меня отправили служить в 937-й ИАП, который располагался где-то в Ивановской области. Лютая зима, мороз, так они еще и оказались высотниками, летали на ЛаГГ-3. И мне что запомнилось. Только мы приехали и нас повели на аэродром, как у нас на глазах садился какой-то летчик и скапотировал. Ну, думаю, вот это да…

Но в этом полку я так и не сделал ни одного вылета, и полк почему-то перебазировался на аэродром Дягилево, что под Рязанью, где мы опять стали летать на "ишаках". Я был уверен, что нас отправят под Сталинград, потому что как раз в это время бросили клич: "Все под Сталинград!", и в Дягилево. садились все полки, которые перебазировались туда. Их кормили и утром они сразу улетали под Сталинград.

Но потом по-моему, только наша эскадрилья во главе с капитаном Мельниковым, перелетела в ЗАП, который располагался в Люберцах. И как только прибыли, туда пригнали три английских "Харрикейна" и нам говорят: "Будете их осваивать". Но елки-палки это же "12 пулеметов и ужасно тихий ход", так у нас тогда про него говорили. К тому же мало того, что все приборы на английском, так они еще и в английской метрической системе и при всем при этом, записывать нам категорически запрещали: "Запоминайте". Сделали по одному полету, и я вам честно скажу - такая дрянь… В общем, больше мы на них не летали, кто-то наверху так решил.

После этого стали переучивать на ЛАГГ-3. Начали летать: взлет-посадка, зона, все фигуры, упражнения, стрельбы. Даже ночные полеты имитировали - накрывали фонарь специальным светонепроницаемым колпаком, и под ним можно было лететь только по приборам. Это сложный элемент, но я с ним успешно справился.

К тому времени я уже летал хорошо, поэтому однажды мне пришлось выполнить необычное задание. Как-то раз вызвали нас троих: Колю Крылова, меня и кого-то еще, и приказали пролететь по определенному маршруту, уже не вспомню какому, парадным строем. Мы вылетели, все успешно прошли, но поверите, мне кажется, что за все время полета я земли совсем не видел, потому что все время следил за крылом ведущего. Когда сели, оказалось, что за нашим полетом следил заместитель командующиего ВВС Московского округа Катичев, что ли: "Молодцы ребята, хорошо выполнили задание. Чем же вас наградить?" Вдруг снимает с руки часы, и дает первому, Коле еще что-то, а мне достает и дарит "парабеллум", который мне потом возможно и жизнь спас. Но вот где мы летели, для чего, я так до сих пор и не знаю. В общем, прошли всю программу на ЛАГГ-3 - это хорошая машина, мне нравилась, правда, тяжеловатая. Кстати, там в Люберцах я только чудом не разбился насмерть.

В какой-то день отлетал программу и Мельников мне говорит: "Когда завтра придешь, не жди, а сразу выруливай. Сделаешь один круг и пойдешь в зону делать упражнение". Утром прихожу и как обычно начал осматривать самолет слева-справа. Механик мне тоже докладывает: "Машина к полету готова". Запускаю двигатель, смотрю, температура вроде нормальная и пошел на взлет. Но на последней стадии пробега вдруг вижу, что все приборы показывают максимум. Остановить нельзя - уже конец полосы, а кругом лес. Что делать, я подрываю. Вся гидросмесь, что-то еще летит мне прямо в лицо… И я блинчиком-блинчиком-блинчиком плавно разворачиваюсь и сразу иду на посадку. Только перескакиваю через забор - глохнет двигатель. Это просто счастье какое-то, что я успел сесть.

А этот Мельников любил даже драться, и по правде говоря, было на кого и за что. Чуть что замахивался, поэтому я как сел, думаю, сейчас он на машине подъедет и мне накостыляет. Не стал этого дожидаться, и как выскочил из кабины, сразу дал деру…

Начали разбираться, и выяснилось, что мы забыли вытащить заглушку из радиатора. Вообще-то это прямая вина техника, но и я обязан был заметить. Поэтому ему влепили двадцать суток ареста, а мне - пять.


6361886722893128.html
6361944570662324.html
    PR.RU™